Амулет Самарканда - Страница 78


К оглавлению

78

Натаниэля словно озарило, и он содрогнулся от ужаса.

— Так это ты привел Лавлейса сюда?!

— Что? — искренне удивился мальчик.

— Не лги мне, демон! Ты предал меня! Ты привел его сюда!

— Кого — Лавлейса? — Похоже, известие и вправду застало Бартимеуса врасплох. — Где он?

— Внизу. Только что пришёл.

— Я тут ни при чем. Ты что, протрепался?

— Кто — я?! Это ты…

— Я ничего никому не говорил. Меня удерживала мысль об одной жестянке из-под табака… — Мальчик нахмурился и вроде как задумался. — Хотя совпадение странное, согласен.

— Странное?! — Натаниэль подскочил от возмущения. — Идиот! Это ты его сюда привел! Скорее забери Амулет! Унеси его из кабинета, пока Лавлейс его не нашёл!

Мальчик неприятно рассмеялся.

— Не поможет. Если Лавлейс здесь, он непременно установил снаружи десяток шаров. Они засекут его ауру и накинутся на меня, как только я выйду из дома.

Натаниэль взял себя в руки. Теперь, когда его слуга вернулся, он уже не так беспомощен, как прежде. Бедствия ещё можно избежать, если заставить демона делать, что ему говорят.

— Я приказываю тебе подчиниться! — начал он. — Отправляйся в кабинет…

— Ой, Нат, брось, — утомленно отмахнулся мальчишка. — Ты сейчас не в пентакле. И не можешь заставить меня подчиниться новому приказу. Побег с Амулетом станет роковым — уж ты мне поверь. Насколько Андервуд силен?

— Что? — в замешательстве переспросил Натаниэль.

— Насколько он силен? Какого он уровня? Я предположил, судя по его бороде, что он из мелких сошек, но вдруг я ошибся? Насколько он хорош? Может ли он одолеть Лавлейса? Вот в чем вопрос.

— А! Нет. Нет, не думаю…

На самом деле конкретных доводов у Натаниэля не было, но он почти не сомневался: достаточно вспомнить, как его наставник пресмыкался перед Лавлейсом…

— Ты считаешь…

— Тебе остается надеяться лишь на одно: что Лавлейс, отыскав Амулет, захочет решить всё это в узком кругу, без лишнего шума. И он может попытаться устроить разборку с Андервудом. Если он не…

Натаниэль похолодел.

— Так ты считаешь, что он…

— Оп-ля! Из-за всей этой суматохи я совсем позабыл рассказать тебе, что я разузнал! — И мальчик заговорил низким, протяжным голосом: — Знай же, что я преданно исполнил порученное мне дело. Я шпионил за Лавлейсом. Я старался разузнать тайны Амулета Самарканда. Я рисковал ради тебя, о мой господин. И узнал в результате, — тут его голос снова сделался привычно язвительным, — что ты — идиот. Ты сам не догадываешься, какую кашу заварил. Этот Амулет настолько могуществен, что десятилетиями находился в собственности правительства — до тех пор, пока его не спер Лавлейс. Так-то. Его наемный убийца прихлопнул ради этого какого-то высокопоставленного волшебника. Исходя из этого я полагаю, что он запросто решится убить Андервуда, дабы вернуть Амулет. А ты как считаешь?

Мир закружился, и Натаниэль почувствовал, что сейчас свалится в обморок. Такого оборота дел он даже представить себе не мог.

— Но не можем же мы просто сидеть здесь, — запинаясь, пробормотал он. — Нужно что-то делать!..

— Правильно. Я пойду и посмотрю, как будут развиваться события. А ты покамест посиди всё-таки тут, будь хорошим мальчиком. И будь готов быстренько отступить, если дела пойдут паршиво.

— Никуда я не побегу! — тихо-тихо сказал Натаниэль.

У него голова шла кругом. Миссис Андервуд…

— Позволь дать тебе один совет, плод богатого жизненного опыта. Если на кону целостность твоей шкуры, бегство — вполне приемлемый выход из положения. Так что привыкай к этой мысли, приятель.

Мальчик повернулся к двери чулана и приложил к ней ладонь. Дверь отчаянно затрещала, раскололась рядом с замком и распахнулась.

— Отправляйся к себе в комнату и жди. Я скоро сообщу тебе, что происходит. И будь готов срочно рвануть когти.

И с этими словами джинн исчез. Когда Натаниэль вышел из чулана, на лестничной площадке уже никого не было.

Бартимеус

28

— Прошу прощения за вторжение, Артур, — сказал Саймон Лавлейс.

Я нагнал Андервуда, когда он только-только входил в свою длинную, тёмную столовую — он несколько минут проторчал перед зеркалом, приглаживая бороду и поправляя галстук. Правда, это мало помогло: по сравнению с более молодым волшебником — тот стоял у камина, разглядывая собственные ногти, холодный и напряжённый, словно сжатая пружина, — старик казался встрепанным и траченным молью.

Андервуд с преувеличенным энтузиазмом замахал руками.

— Ну что вы! Чувствуйте себя как дома! Простите за задержку, Лавлейс. Не хотите ли присесть?

Лавлейс не хотел. На нём был тёмный, стройнящий его костюм с тёмно-зелёным галстуком. Очки ловили свет лампы под потолком и при каждом движении посверкивали. Глаз не было видно, но под глазами набухли тёмные мешки.

— Вы, кажется, взволнованы, Андервуд, — сказал он.

— Нет-нет! Я просто спускался с верхнего этажа и немного запыхался.

Я превратился в паука, перебрался через притолоку и пополз по стене в самый дальний и тёмный уголок. Там я поспешно сплел паутину, так, чтобы она получше закрывала меня. На то была причина: Лавлейс прихватил с собой беса, тот сидел на втором плане и так и зыркал по сторонам, приглядываясь ко всем уголкам и щёлкам.

Мне как-то не хотелось прикидывать, как именно Лавлейс вычислил этот дом. Нет, это определённо было неприятным совпадением — что он прибыл одновременно со мной! Но эти размышления могли подождать: будущее мальчишки — а значит, и моё — зависело теперь от моей способности быстро соображать, что к чему, и действовать по обстоятельствам.

78